Мировые тенденции на рубеже веков

в Китае, и на Тайване и в других новых индустриальных странах темпы роста стали снижаться по мере того, как исчер-пывались возможности использования новых работников, рекрутируемых из среды крестьян.

В этих условиях государства ЮВА стали сборочными цехами при про-изводстве массовых промышленных товаров. В 80-е годы объемы продаж ком-пьютеров, собранных в Южной Корее, выросли почти в 20 раз. Но при этом из-готовленные здесь комплектующие составляли не более 15% стоимости ком-пьютеров, почти 95% всех моделей выпускалось по лицензиям, а программное обеспечение оставалось иностранным на 100%.

Такое положение не может быть исправлено в ближайшее время ввиду явной недостаточности уровня образования в новых индустриальных государ-ствах. Сегодня лишь в Японии и Южной Корее почти вся молодежь посещает школу; между тем в Китае и Индонезии только 45-50%, а в Таиланде – лишь 40% молодежи имеют такую возможность. Если во Франции 44% выпускников школ поступают в высшие учебные заведения, а в США этот показатель дости-гает 65%, то в Малайзии он не поднимается выше 12%. При этом значение об-разования для экономического роста остается незначительным: так, в Японии в 50- 70-е годы оно было последним по удельному весу среди 10 наиболее важ-ных составляющих экономического роста. Думается, что поэтому и сегодня бо-лее четверти южнокорейских, трети тайваньских и 95% (!) китайских студен-тов, обучающихся за рубежом, предпочитают не возвращаться на родину, уси-ливая зависимость развивающихся стран от Запада.

Второй фактор представляется наиболее важным. Несмотря на высокие нормы накопления, достигнутые в странах ЮВА, их хозяйственные успехи в значительной, если не в подавляющей, степени обусловлены иностранными ин-вестициями. К 1992 г. прямые иностранные инвестиции в регион составили 130 млрд долл., причем на протяжении предшествующих 10 лет они имели тен-денцию к росту примерно на 10% в год, что даже в тот период превышало тем-пы роста производства в этих странах.

Позднее ситуация стала еще более драматичной: несмотря на снижение темпов экономического роста в регионе ЮВА, приток капиталов становился более активным, и прямые вложения иностранных компаний в данные страны только в 1996 г. составили 93 млрд долл., увеличившись за пять предшествую-щих лет более чем в 3 раза. В результате в середине 90-х годов на каждого жи-теля Малайзии приходилось более 100 долл. прямых иностранных инвестиций (в России накануне кризиса этот показатель был ниже в 18 раз); соответствую-щие цифры для Южной Кореи и Тайваня, не говоря уже о Гонконге и Сингапу-ре, еще выше. Если ВНП Китая с 1979 по 1995 г. вырос примерно в 5 раз, то од-ним из важнейших способствующих этому обстоятельств стало повышение иностранных капиталовложений в 4 тыс. раз (!) – с 51 млн до 200 млрд долл. Однако потребности в инвестициях в регионе сегодня велики как никогда: со-гласно прогнозам Мирового банка, азиатским странам только для совершенст-вования транспорта, энергетических систем и производственной инфраструкту-ры с 1995 по 2004 г. необходимы 1,5 трлн долл [4].

Третье проявление несамостоятельности новых индустриальных стран связано с первыми двумя и закрепляет их зависимое положение. Стремление к производству товаров массового спроса за счет обеспечения высокой нормы накопления и низкой цены рабочей силы требовало ориентации на внешние рынки. Первые конкурентоспособные производства в странах Азии возникли в так называемых зонах обработки продукции на экспорт, число которых возрос-ло с двух, существовавших еще до начала кризиса 1973 г., до 116 в конце 80-х годов. Наиболее серьезные из них расположены в Сингапуре, Гонконге, Южной Корее, Малайзии и на Тайване; китайская экономическая реформа также начи-налась с развития подобных зон.

Как следствие, значение экспорта для новых индустриальных государств исключительно велико. Достаточно вспомнить, что в начале 70-х годов, когда в Южной Корее было всего 165 тыс. легковых автомобилей, закончилось строи-тельство завода мощностью в 300 тыс. машин в год. Таких примеров много. В отличие от развитых стран, в которых соотношение экспортной и внутренней продукции составляет в целом не более 7-8%, в азиатских государствах оно достигает 21,2% в Китае, 21,9 – в Индонезии, 24,4 – на Филиппинах, 26,8 – в Южной Корее, 30,2 – в Таиланде, 42,5 – на Тайване, 78,8 – в Малайзии и фанта-стического уровня в 117,3 и 132,9% в Гонконге и Сингапуре [3]. Возведенный в абсолют принцип экспортной ориентированности развивающихся экономик привел к тому, что в 80-е годы экономический рост Южной Кореи и Тайваня на 42 и 74% соответственно был обусловлен закупками промышленной продукции этих стран со стороны США. Американские закупки обеспечивали для Брази-лии более 50, а для Мексики – почти 85% положительного сальдо торгового ба-ланса. При этом стоимостные оценки такого экспорта остаются достаточно скромными. Так, сегодня Китай поставляет на мировой рынок меньшую по стоимости товарную массу, нежели Бельгия.

Между тем стремление “догоняющих” стран к активизации экспорта, основным условием успеха которого является поддержание низких цен на ра-бочую силу, препятствует развитию внутреннего рынка, невозможного без формирования широкого среднего класса. Действительно, если принять в каче-стве критерия стандартов потребления сумму годового дохода 25 тыс долл. на семью (что примерно соответствует постиндустриальным странам), то можно констатировать, что из насчитывающихся в современном мире 181 млн таких семей 79% приходятся на развитые державы: 36% – на Северную Америку, 32 – на Западную Европу и 11% на Японию; тогда как в Китае, Южной Корее, Таи-ланде, Индонезии и на Тайване в 1990 г. проживало не более 12 млн семей с та-ким уровнем благосостояния. Перенесение акцента с максимизации материаль-ного потребления на более широкое усвоение информации и приобретение ус-луг, наблюдающееся в постиндустриальном мире, несомненно окажет крайне негативное влияние на развивающиеся экономики.

Список использованных источников

1. Богданович А. «Кризис глобальных брендов» // Эксперт №31 2001 г.

2. Доклад аналитического управления аппарата Государственной Думой «Об основных тенденциях современной мировой экономики» за 2000 год http://wbase.duma.gov.ru:8080/law

3. Илларионов А. «Основные тенденции развития мировой экономики в 1950 – 1996 гг.» // Вопросы экономики №10 1997 г.

4. Иноземцев В. «Глобализация национальных хозяйств и современный экономический кризис» //Свободная мысль №1 1999 г.

5. Курьеров В.Г., Аукуционек С.П. «Тенденции развития экономики России в 2001 г.» // ЭКО №6 2001г.